Между церковью и наковальней

cerkov2-1Купить книгу в электронном виде здесь: Цена 0,97 €.

 

Отрывок из второй книги «Между церковью и наковальней»

***

«Как пронзительно и режуще слух, резко воет — кричит сирена не то пожарной, не то скорой… Это режет барабанные перепонки сирена не пожарной… Пожарная голосит по-другому. Это несется скорая. Куда? К кому? С кем? Не вижу! Ничего не вижу! Только слышу. Почему не вижу? Где я? Вместо ответа какое-то непонятное и непривычное, неуправляемое ощущение взлета — падения… Я — на качелях? Проваливаюсь в бездну какую-то… Что за бездна…? опять лечу, но! лечу вниз… Вниз лететь нельзя ! Я лечу ?»
Скорая везла Александра. Скорая везет Александра в больницу. Тело его бесчувственным, как манекен, безучастным отношением к окружающему, что выражается в неподвижности и в застывшей на губах улыбке, заставляло врачей быстрее , чем обычно, действовать, говорить, колоть…
Тело безучастно лежало, а остаток света сознания пытался понять: что с ним? Где он? Почему не видит, не ощущает себя ? Кто опять без его ведома увозит его и куда?!
Остаток света пытается понять, а ниточка, связующая ЕГО со Всем, передает урывками, фрагментами некие касания и переносит его в состояние соприкосновения со Всем, где логика сознания отодвигается в сторону мощью Всеведения.

***

Белопенные волны —
Величаво плывут облака…
Бездонное небо, безбрежное небо,
Беззвездное небо…
В вихре — песчинка-корабль, Земля.

Как попал на корабль —
не знаю.

Шатко, сутулясь, бреду.
Блуждающий взгляд.
Попугаи у ручек штурвала.
Мышления штампы в речах.

В камбузе стряпают фразы —
глотайте, спешите.

А ЗАЧЕМ?

Притягательный запах жаркого: целое делят,
тащат куски государства,
и странники люди танцуют на глади жаровни.

Снизу корысти пламя — все выше.
Пляшут и круче подскоки.
Плен душных объятий.

Хватают за горло, кидают под ноги.
Не желают уйти из огня,
топчут друг друга.

Сегодня меня,
завтра тебя
и себя.

ТО ЗВЕРИ ЕЩЕ ИЛИ ЛЮДИ УЖЕ?

Шатко, сутулясь, бреду…
Моторы машин стучат в разнобой
— чему учат они?
Целого нет.

Единенья живого не видно нигде.
Каждый сам по себе.
В говор людской лязг металла закрался:
не разговоры о сути,
а скрежет железа
кругом.

ЗАВТРА — ЭТО СЕГОДНЯ УЖЕ?

Доносятся клики восторга, а может крики безумных?

Наскочили на айсберг —
верно курс пролагали
неверный.

Уходим на дно моря слез.

Время, как ветер, сушит слезы
на щеках планеты.

СЕГОДНЯ — ЭТО ЗАВТРА УЖЕ?

Вместо влаги морей — песчаные бури пустынь.

Бумажкою брошена, скомкана жесть.
Исчезли слова,
грохот остался.
Пепелища, холодные камни.

БЫЛ ЛИ ГОВОР ЛЮДСКОЙ ?

Осень настала.
На палубу падают листья с дерева
жизни.

Стынь зимы впереди.
Усни, отдохни и проснись.
Там, за окном, в снежной метели,
Стук мерзлых ветвей по стеклу.

А МОЖЕТ — СМЕРТИ ШАГИ?

Mрачные краски мольберта.

Я — загнанный зверь и чувства
силы отдали
дикой скачке страстей.

Слышу дробь барабана.

А МОЖЕТ — РВУТСЯ СЕРДЦА?

На рельсах — колес перестук.

А МОЖЕТ — ТОПОТ ПОГОНИ В НОЧИ?

Удар кулака по роялю.

А МОЖЕТ — ВЫСТРЕЛ В ТИШИ?

Гитары струна дребезжит.

А МОЖЕТ — ГОЛОС ДУШИ?

В люльке качают меня.

А МОЖЕТ — КОЛЕНИ ДРОЖАТ?

На паркете танцзала
в клочьях ноты и звуки.
Пауза хочет
в марш похоронный уйти!

Свет улыбок любимых.

А МОЖЕТ — В МОГИЛЕ ЦВЕТЫ?

Белопенные волны —
Величаво плывут облака;

Бурное море — шумом зеленым
Стонут леса…

В вихре песчинка — корабль, Земля…cerkov2-3

Бездонное небо,
Безбрежное небо,
Беззвездное небо…

Крик одинокий — плачет душа:

«Нет ответа нигде! Нет ответа!
Кто и зачем создал меня?
Для чего я живу?
Почему кто-то решает все за меня
Без меня, кто эти люди?
Почему у них власть?
Власть надо мной…
Я же им ее не давал…

Нигде нет ответа…»

Небо.
Земля.
Душа…

***

«Получается, что я, пока сам не оценил факты, принимал без критики утверждения Церкви о самой себе как Духовной силе, утверждающей Дух.
На деле — все наоборот! Они скрывают Знание.»

Шаг. Другой. Оглянулся. Оказалось: во вчера я ступил…
В лучах Времени Света вижу лица людей. Как много! За руки держатся крепко они! Поколенье одно другому лампу-знания Свет-передавали исправно.
Там, вдалеке видится мне Гермес Трисмегист…Слышу слова:

«Дом наш — не Земля, но Свет.
На Земле — смерть, в Свете — бессмертие…
Раскайтесь, измените свой Ум…»

Лица и лица, светлые лица…

«Джордано Бруно!!!»

Александр, словно споткнулся и остановил бег стремительный мыслей своих.
Память, во мгновение ока, из сегодня в день вчерашний его переносит.

Год 1600-й. Семнадцатый день февраля.
Италия, Рим. Площадь Цветов.
Вижу Джордано Бруно.
В одежде еретика и колпаке притянут цепью железной к столбу и, вдобавок еще, туго — мокрой веревкой…
Столб и поленья вокруг.
Лишил трибунал священника сана, от церкви его отлучил. На суд передали, поручив подвергнуть «милосердному наказанию без пролития крови», что значило сжечь и живым.
Виновен был в том, что , вопреки указаниям Церкви утверждал, что не Солнце вокруг Земли, а Земля вращается вокруг Солнца, что Вселенная безгранична, звезды — далекие солнца…
Путь расчищал для новой религии, основанной на учении Гермеса Трисмегиста: «Это добрая религия, которая была ввергнута во тьму, когда христиане уничтожили ее, запретили ее своими декретами и заменили культом мертвых вещей, глупыми ритуалами, безнравственным поведением и непрерывными войнами»…

Судьям Бруно заявил: «… вы с большим страхом выносите мне приговор, чем слушаю я», и повторил несколько раз:
«СЖЕЧЬ —
НЕ ЗНАЧИТ
ОПРОВЕРГНУТЬ!»
Из улочек узких спешат зрители, словно воробушек стайки: интересно, ведь, видеть как на костре Человека сжигают…
Джордано над дровами стоит, к которым палач подносит огонь… Поленья, треском спорым перекидывают пламя друг другу…
Дым к верху рванулся. На мгновенье толпу скрыл от него… Затем снова видит зевак… Там же монахи: распятья в руках и индульгенций листки…
«А, может вижу людей ? Веревка сохнет и все крепче болью впивается в тело мое…»

Философ, поэт смотрит в лица пришедших и слышат они:
— Добровольно мучеником я умираю! Знаю: душа моя, со вздохом последним, в рай вознесется! Знаю…

Желто-красные огоньки в стремительной пляске все выше крадутся… Клубы дыма коснулись лица…

«Говорить не могу, а мысли живут… Нет страха во мне. Рабы тела, чрева и похоти, страсти…Создали и превратили церковь в средство наживы…
Я утверждаю Единство всего и победу Добра…»

Ветра порыв дымом теплым коснулся лица…

«Люди исчезли на миг…, но куда? Они в темноте?
Вот, снова вижу их вдалеке…
Радостно мне: творения Духа, ведь, вечны…
Ногам стало жа-а-рко…, горят…

Взойдут мои семена: книги, слова, поступки остались.
Я — счастлив и великая радость ликует в душе.
Сколько нас было и будет еще…
Дрались, восставали, сражались —
Не пресмыкались, мы — не рабы»

Красный жар огня, будто пробует на вкус одежду его. Тут же, нехотя лизнув, прозрачно-желтые язычки разом, жадно прилипли к нему, тело учуяв…

«Жарко и душно…Люди, вас вижу. Черная темень кругом… Я, словно ослеп. Шагаю. Вперед, к вам руки тяну, но черная ночь в глазах и вокруг. Меня ослепили? Меня или вас?»

Новый дыма порыв…
Растоптана Правда. Дивно-волшебная птица прижата к земле, втоптана в грязь и затем — на костер…

«Вы, кто видите все, вам не больно?
Сердце не рвется вон из клетки-груди?
Мерно, как сытый петух, клювом стучит?
Придете домой, как в нору забьетесь.., а ложка с супом в руках не будет дрожать?
Указано вам смирно стоять, рабски покорно, в черной и злой тишине…»

Пламя и дым пышут жаром все выше… Ветра порыв сбил пламя с плеча, но так же костер шевельнул и тот загудел… Резвей полыхание, пляска огня.

«О! Тело горит.
Но! Мысли в правде, слова и идеи — живут.
У всех, кто проснулся, единый был путь, мы в братстве едины.

Как мал человек: столько веков растешь, но выше постели, стола подняться не можешь…
Стряхните цепи рабства с мыслей своих.
Не знаете их?
Спите в вязком болоте тепла и сытости слабой?

Смеюсь, плача, смеюсь…

Землю объяло пламя страстей и тело сгорает мое.
Боль…
Словно иглы, остро-громадные иглы, тысячи тысяч, пронзают меня.
Впиваются в руки, тело мое.

Тело сгорает.
Горю. Огонь пожирает его. Храм духа сгорает.
Огонь его пожирает ,
а дух оживает…

Слова разлетелись по свету и во взглядах людей — отсвет огня,
решимость видна.

cerkov2-2Скоро встанут с колен.
Пойдут. Идите!
Не ждите! Я — с вами всегда!
Есть мрака гонцы и их жертвы, но есть и борцы.
Вас — нас не сразу поймут.
Будет, что в яму толкнут.
Снова вставайте: вы, ведь, борцы…
Сквозь пламя горящих страстей я иду.
Много страданий и дней.
Вверх и вперед я стремлюсь.
Жар Землю объял.
Трепещет вокруг, касаясь меня.
Не меня, а тело мое…
Обнимает, болью пронзая всего.
Топчу жару раскаленных углей.
Прямо иду и вас, тебя и тебя, с собою зову.
Взгляд уже мой наполнен огнем, уверенность в нем.

Ясность цели видна: вернуться в вечность, домой и к Отцу,
Ведь, этот временный домик сгорает.
Отец — творец.
Я — ты — он — она — мы — сотворцы!»

Треск, гул поленьев горящих…

«Молча, без стона кричу и, хоть слабеет рука, эстафету несу.»

Искры к верху взметнулись…
То не искры, то сердца, горячего сердца частички, сгорая, летят…

«Кругом — только огонь. Не вижу я вас, будто сгораете вы!
Вверх я смотрю и в отсвете красном птицы, освещенные солнцем, летят.
То — не искры!
То — не птицы!
Это — мысли, как искры.
Средь черного дыма, светятся мысли.
В небе кружатся.
Круг прощальный —
Приветствия круг.
Красно-горящие искры птицы в клювах несут:
на север и юг, запад, восток.
Братья и сестры мои
Раскрыли сердца.
В себя принимают красно-точечный свет —

СИЛУ МЫСЛИ.

Зло пламени жаром меня окружило,
Впивается,
Бьет по лицу,
Но нет уже боле лица…»

***
— Четыре сотни лет назад уже был Джордано Бруно и еще ранее были личности, утверждавшие главенство, первенство Духа и с того времени эти знания и их пример могли породить во всех нас осознание этой первичности, но,- заключил Александр, — кто-то держит нас силой нужды у тарелки с похлебкой не оставляя время на книги.
Разорвана преемственность поколений убийством наших отцов…

***
Произведения Джордано Бруно были занесены в 1603 году в католический Индекс запрещённых книг и были в нём до его последнего издания 1948 года. Церковь и сегодня отказывается рассматривать вопрос о его реабилитации.
Он не нуждается в реабилитации оборотней и об этом он, предвидя, сказал:
«Кто дух зажег, кто дал мне легкость крылий?
Кто устранил страх смерти или рока?
Кто цепь разбил, кто распахнул широко
Врата, что лишь немногие открыли?

Века ль, года, недели, дни ль, часы ли
(Твое оружье, время!) — их потока
Алмаз и сталь не сдержат, но жестокой
Отныне их я не подвластен силе.

Отсюда ввысь стремлюсь я, полон веры,
Кристалл небес мне не преграда боле,
Рассекши их, подъемлюсь в бесконечность.

И между тем, как всё в другие сферы
Я проникаю сквозь эфира поле,
Внизу — другим — я оставляю Млечность.
Джордано Бруно. Италия
За несколько дней до казни Бруно написал собственную эпитафию:

«Я боролся, и это уже многое значит… Победа находится в руках Судьбы. Что бы со мной ни случилось и кто бы ни оказался победителем, свидетели грядущих эпох не смогут отрицать, что я не боялся смерти, никому не уступал в решимости и предпочел возвышенную гибель низменной жизни»

9 июня 1889 года в Риме, на той же самой площади Цветов, на которой около трех сот лет назад инквизиция предала Бруно казни, ему торжественно открыли памятник.

На постаменте надпись: «Джордано Бруно — от столетия, которое он предвидел, на том месте, где был зажжен костер.»

Александр понимает, что происшедшее с Бруно — еще одно подтверждение тому, что древние знания искажены и скрываются теми, кто, как раз, должен людей образовывать. Более того, они уничтожали носителей истины.

«Инквизиция действовала до 1834 года, после чего была переименована, но не упразднена. С 1965 года она называется «Конгрегация доктрин веры».

«Вместо радости, цикличности жизни и смерти в христианской этике ставят во главу угла труд, излишние страдания и борьбу за выживание. Рабство.
Где же счастье жизни?…

***

Давно утверждал уже Макиавелли , что государствами правят неблагочестивые!!!

— Кто же нас окружает? Кто же правит нами сегодня??? Кто и куда ведет всех нас и меня ? — череда вопросов и все без ответа,
— Перевернуто все с ног на голову: ценностью церковь определяет все, что по сути своей, ведет к уничтожению.

Я, мое сознание — это продукт манипуляторов из Церкви?

Если так, то кем же я стал?
Кем стал, а может «сделали» меня?
Знаю иль не ведаю я?
Кто я такой?
Борец-Прометей,
вольный творец
иль заводная игрушка?!
Марионетка
или кукла?

«Кукол дергают за нитки:
На лице у них улыбки,
И играет клоун на трубе,
И в процессе представленья
Создается впечатленье,
Что куклы пляшут сами по себе…»

Сам по себе я или
кажется мне,
что свободно хожу,
мыслю, творю?

Мир — это клетка? Тюрьма для
меня и тебя ?
Не вижу цепей на себе.
Руки и ноги — свободны…
А мысли?
А чувства?
А Воля свободны?

Ян Гуса заковали,
сожгли…
Многих и многих еще Джордан и Барбар…

Меня заковали уже?
Тащат на плаху? Костер?
Убив Спиридовича заковали
Меня в страха оковы?
Дымом костра отделили
Меня от таких же как я?

Выходит, что христианская религия, через католическо-православно-иудейское преобразование ее основ, намеренно искажена и, по сути, теперь — зло и худшее в мире!

cerkov2-4А, Бог? Где ? Кто он ? Бог -это Разум?

А, жизнь-смерть ? Что есть Жизнь ?
Смертно лишь тело? Жизнь в Духе вечна?

Что делать с Ватиканом, с этой Церковью, которая уводит от истины в темень инстинктов?
Создать новую? Есть ли что-либо новое в этом мире?

Людям страшно выступать против Церкви: сотни тысяч убиты-замучены. Только слово скажу и сразу обвинят, что против Бога иду! Но не против Бога, а

ПРОТИВ ЛЖИ И МЕТОДА
вашего я выступаю!

ЛОЖЬЮ ВЫ УВОДИТЕ ОТ ИСТИНЫ, НАСИЛЬНО ЗАСТАВЛЯЕТЕ ПРИНИМАТЬ
ВЕРУ В ВАШУ ЛОЖЬ И УНИЧТОЖАЕТЕ ВСЕХ, КТО ДРУГОЮ ДОРОГОЙ ИДЕТ.

ЯСНО МНЕ ТОЧНО : ЦЕРКОВЬ ТАКАЯ МНЕ НЕ НУЖНА И ТЕБЕ, ЕЙ И ЕМУ.

ЧТО ДЕЛАТЬ? НАДО МЕНЯТЬ ВСЮ СУТЬ ЭТОЙ СИСТЕМЫ ОБЩЕСТВА.
КАК? НЕ ЗНАЮ… ПОКА НЕ ЗНАЮ, НО ТАК ВСЕ ОСТАВЛЯТЬ НЕЛЬЗЯ!!!

Папа призывал к крестовым походам, велел пытать, сжигать и

ЛЮДИ, КАК ЗОМБИ, С РАДОСТЬЮ ВЕРШИЛИ ЭТИ ЗЛОДЕЯНИЯ,

НО,

ЕСЛИ ЗАВТРА ПАПА ОПЯТЬ ПРИЗОВЕТ К ТАКОМУ, ВЕДЬ, НАЧНУТ ОПЯТЬ,
НОВЫЕ ЗОМБИ, ВЕРШИТЬ ЭТИ ЗЛОДЕЯНИЯ!!!

ПОЧЕМУ? ПОТОМУ ЧТО В ИХ СОЗНАНИЕ ВНЕДРЕНА ПРОГРАММА, ОНИ
ЗАКОДИРОВАНЫ НА УСТАНОВКУ: ПАПА — ВЫСШИЙ АВТОРИТЕТ,
ПРЕДСТАВИТЕЛЬ БОГА НА ЗЕМЛЕ.

ЕСЛИ ТАК, ТО ПРОШЛОЕ ЦЕРКВИ КАСАЕТСЯ МЕНЯ И СЕГОДНЯ, И ЗАВТРА.

ЧТО ДЕЛАТЬ??? КАК ДЕЙСТВОВАТЬ?…

Костры горят и горят… Искры летят… То — не искры, то — сердца частицы в небе летят. Летят и, лучисто сверкая, безмолвно вещают:
«Уничтожены все, кто правду не прятал…
Напуганы вы, кто остались и думать умеет. Молчите… Ладонями страха зажаты уста…
Те, кто не дорос до ума своего, рабски считает господство над ним законным порядком…»

***

«Несчастный, а может — счастливый?» — успел подумать Санек…

***

 

Возможность комментирования заблокирована.